Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Яма




Илья родился с ковшами вместо кистей рук. Мир встречал Илью холодно и неприветливо: от горизонта до горизонта простирался бледно-бурый ландшафт, кое-где виднелись хилые ручейки, и лишь маленькие холмики земли, торчавшие где-то вдали, нарушали молчаливую идиллию бесплодия. С детства вокруг Ильи сновали люди с бесцветной кожей и в таких же, как земля, грязно-бурых свалявшихся одеждах. Их руки были пятипалыми и мягкими, люди трогали друг друга гибкими пальцами, катали из земли шарики и бросали в ручейки, чесали свои уши и спины. В отличие от Ильи, другие люди постоянно находили применение своим теплым проворным рукам. Не сказать, чтобы это печалило его, — наоборот, с самого начала это зародило в нем ощущение собственной особенности, и чем больше Илья наблюдал за занятиями окружающих, тем чаще это ощущение завладевало его мыслями. Со временем оно проросло тугим скрипучим вьюном через всю его личность и образовало в туловище необоримую тягу к поиску своего предназначения. Илья решил искать себя близ крошечных холмиков, топорщившихся на краю мира и с самого начала не дававших ему покоя. Зрелище, открывшееся Илье на краю мира, было удивительным: повсюду, то здесь, то там, подобно шарикам земли, рассыпанным на спине бледно-серой девушки, поверхность испещряли ямы разной формы и глубины. Еще удивительнее было то, что эти ямы отодвигали край мира. А рядом с ямами, изящно откидывая на вершины холмиков комья земли, копошились люди с одухотворенными лицами и ковшами вместо кистей рук. Слезы счастья облили бледное лицо Ильи и намочили землю. Он нашел свое племя. Он, кажется, понял, зачем он нужен и где ему место. И тогда к нему подошел уверенный в себе человек и произнес:
Collapse )

Кирпич и камень




Камень лежал рядом с кирпичом и завидовал.
— Какой же он все-таки замечательный. Весь такой отесанный и правильный. Куда мне до него с моими примитивными изъянами. Я всегда испачкан, вонюч и холоден. Мне никогда не стать частью теплого камина или высокой башни. Я никогда не найду подобного себе, все другие камни совершенно на меня не похожи, все разные, но все одинаково уродливы и почти никому не нужны, не то что этот роскошный кирпич, продуманный и желанный. Такие, как он, всегда найдут себе применение. Им даже убивать приятнее, чем мной. А я никчемен, я весь испещрен мельчайшими дырами, в которых летом скрежещет песок, а осенью хлюпает липкая жижа. Очень часто с какого-нибудь растения или дерева срывается семя, которое забивается в меня и прорастает, от этого я выгляжу глупо. Вот бы стать гладким, как он, чтобы не за что было зацепиться, чтобы, наконец, избавиться от всех этих змей и саламандр, которые греются на мне. Я всегда служу полем битвы между лишайником и мхом. Подо мной, в сырости и тьме, копошатся черви и жуки, даже во мне живут насекомые - одни приходят, оставляя потомство, другие просто прячутся от дождя. Мне никогда не будет покоя, я никогда не смогу, как он, просто лежать среди других, быть таким же, как они, ничем не привлекая внимание природы, которая постоянно втискивает в меня эту беспокойную, многоногую, усошевеливую, пульсирующую, ячеистобрюхую, непостоянную и столь недолговечную жизнь. Чем вечно жариться в летнем пекле и застенчиво выглядывать макушкой из зловонных луж с бензиновыми разводами, неизмеримо лучше было бы, как он, принести пользу, стать частью большего, спрятаться от ночи, сухих веток и мокрых лап под штукатуркой. Или отразить солнечные лучи белоснежной краской. Быть неоспоримым. Быть мягким. Быть на своем месте. Медленно состариться, покрыться легкой сединой плесени, а когда придет время, раскрошиться и превратиться в пыль, которая никому не мешает. И, наконец, раствориться бесследно. Но нет, я вынужден раз за разом становиться пристанищем этой эгоистичной жизни, перед которой я бессилен, для которой я лишь сосуд. Мне никогда не стать таким, как он. Проклятая несправедливость. Ненавижу себя!
Кирпич лежал рядом с камнем и ни о чем не думал.

Иллюстрация — Барандаш Карандашич

Выживание

Ничто так не уродует людей, как необходимость выживать.
Борьба за место на карьерном холме, плотно устланным еще живыми телами бывших «друзей», делает из людей по-настоящему одиноких, озлобленных, невероятно завистливых остервеневших животных. Таких животных смешат человечность и самопожертвование, они всегда неблагодарны, всегда нарочито беспринципны и почти всегда беспробудно аморальны. Единожды втянутые в борьбу за положение и деньги, они навсегда теряют связь с человеком внутри себя и уже ничто не способно эту связь восстановить. Попробуй открыть такому чудовищу объективные причины и последствия его собственных поступков. Ты встретишь агрессию или недоуменную улыбку, ведь для животного ты — слабый, почти неразличимый голос из параллельной вселенной. В его дремлющем сознании твоя вселенная почему-то недостижимо лучше и какой бы путь не проделало животное, оно всегда будет испытывать зависть. Нельзя ни бороться не ожесточаться на него, ты ведь не злишься на крокодила, съевшего твоего кота, или на рак, съевший любимого писателя. Ты спокоен, потому что знаешь, что все эти явления — часть природы, в которой нет зла и добра, а есть лишь безукоризненное гармоничное следование инструкциям, подчиняющимся естественным законам. Ты сожалеешь о том, что так будет всегда. И ты понимаешь, что главное — никогда не оборачиваться спиной к стене.

Обруч Резинкина




В одну солнечную пятницу ремесленник Резинкин узнал, что его жизнь закончится через два дня. И тогда он создал обруч. Не тот, что крутится на бедрах ребенка, и не тот, что удерживает в обожженной бочке тридцатилетний дымный ром, но тот, который растянул два оставшихся Резинкину дня до размеров вечности. Нет, конечно, Резинкин не знал, что такое вечность и, безусловно, не собирался ничего растягивать и тем более создавать, ведь до рокового известия он был совершенно счастлив. Его жизнь была сконструирована как безотказный вечный двигатель. На три четверти она состояла из услад и их поиска, а последняя четверть была разделена между наслаждением и радостью. И лишь ничтожно малая, не различимая в лучезарном облике часть Резинкина надеялась на то, что всё может быть еще лучше.
Collapse )

АиЗ и всякие штуки

Сегодня дети и их раскуроченные игрушки ликуют не без повода.
Открыт предзаказ закрыток «Анфиса и Звери»!



Как мы и предполагали, откликнулось несколько издательств, но их "благие" намерения, к сожалению, задохнулись в трещащих по швам складках жадности своих хозяев, и поэтому мы будем печатать открытки сами.

Соколики, не тушуйтесь и тушёньтесь, пишите на anfisaizveri@ya.ru по всем вопросам, связанным с предзаказом.

А тот, кто ждет открытки с особым нетерпением, может скрасить своё мучительное ожидание всякими штукенциями.


Анфиса и Звери

Дражайшие соколики!
Cо скверно скрываемым восторгом сообщаем вам о том, что Барба завершила полевые испытания набора из 28-ми детских закрыток «Анфиса и Звери».

Испытания повлекли многочисленные жертвы среди мирного населения, фауны и авторского коллектива, однако они выявили неожиданный и непревзойденный доселе положительный эффект для психической системы детей, взрослых и даже некоторых покойничков. Среди прочих эффектов были замечены случаи заволошивания лысин, рассасывания вредобы, непроизвольного растопыривания пальцев ног, размягчения носок, завязывания пупков, хождения боком и зажижения мокроты.

Мы с гордостью записываем все эти достижения на свой счет и, искренне желая растопырить пальцы ног всей залихватской общественности, представляем вашему вниманию бумажную выделку, на наш взгляд, стоящую умертвленной овчинки.

Специалисты нашего конструкторского бюро предусмотрели несколько вариантов эксплуатации открыток «Анфиса и Звери», самыми перспективными из которых являются нейролингвистическое программирование и самозащита в неосвещенных подземных переходах путем метания горящих наточенных открыток. Ну и еще их можно подписывать и отправлять по почте брату в Ботсвану, врагу или Тому Уэйтсу.



Collapse )

Придумал — Саша 'sto' Торопчин
Нарисовал — Виталик 'barandash' Ильин
Сочинили — Саша 'sto' Торопчин и Галя 'microbe' Божок

И кстати, любое не заплывшее жиром издательство имеет шанс получить браво на печать наших закрыток )

ВНИМАНИЕ: При создании набора не пострадал ни один куст конопли.

Пропаганда

Все эти люди обладают стойким иммунитетом к пропаганде.
Поэтому они приняли самостоятельное решение окожеголовиться, насадиться на крюки и помочь продемонстрировать вам, соколики и голубушки, что такое пропаганда. Спасибо.





Collapse )

Требения поеснебуются?